Бернард Вербер, Тайна Богов - страница 7

^ 12. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ: ТАДЖ-МАХАЛ
История Тадж-Махала начинается в 1607 году, в день когда, как и каждый год, королевский базар открыли для простого народа. На этом огромном ежегодном празднестве разрешалось многое из того, что обычно было запрещено. Женщины из царского гарема в этот день получали право выходить на люди, громко разговаривать и гулять в толпе, покупая духи, благовония, украшения и одежду. Они свободно беседовали с торговцами и другими покупателями. Люди разговаривали друг с другом, зачастую не догадываясь, кто перед ними. Юные княжеские сыновья устраивали поэтические турниры, чтобы покорить сердца красавиц.

Итак, в 1607году принцу Хурраму, сыну шаха Джахангира, исполнилось шестнадцать. Это был красивый юноша и храбрый воин, одаренный множеством талантов. Прогуливаясь с друзьями по базару среди пестрых прилавков, он увидел юную девушку. Пятнадцатилетняя Арджуманд Бану Бегам принадлежала к славному княжескому роду. Когда она взглянула на принца, тот забыл обо всем на свете. Это была любовь с первого взгляда. На следующий день принц Хуррам просил у своего отца разрешения взять в жены Арджуманд.

Отец согласился, но посоветовал принцу подождать. На следующий год он заставил сына жениться на персидской принцессе. К счастью, у мусульман принято многоженство, и у Великих Моголов было по несколько жен. Однако Хурраму пришлось ждать целых пять лет, не имея возможности ни поговорить с любимой, ни увидеться с ней, пока придворные астрологи не разрешили ему снова жениться. Свадьба была назначена на 27 марта 1612 года. Увидев прекрасную невестку, отец принца назвал ее Мумтаз Махал, что означало "Украшение дворца". С тех пор супруги не разлучались. У них родилось четырнадцать детей, из которых выжило только семь. В 1628 году Хуррам сверг отца и сам стал императором. Он правил под именем Шах Джахан.

Новый император обнаружил, что его отец, праздный бездельник и бездарный правитель, оставил в наследство множество политических и экономических проблем, и попытался решить их. В 1631 году ему пришлось начать войну против восставших подданных. Его сопровождала жена, беременная четырнадцатым ребенком. Во время похода у нее начались роды, и она умерла, родив дочь. Император Шах Джахан сидел рядом с умирающей Мумтаз Махал. Перед смертью супруга сказала, что у нее есть только два желания: чтобы у её супруга никогда бы не было детей от других женщин и чтобы он построил в память о ней мавзолей, который будет символом их любви.

На следующий год в Агре, столице Великих Моголов, началось строительство. Шах Джахан пригласил лучших архитекторов и художников Индии, Турции и даже Европы. Тадж-Махал выстроен из белого мрамора, чтобы его стены отражали розовые лучи восходящего солнца, яркий полуденный свет и золото заката.

Со временем Шах Джахан стал деспотом и религиозным фанатиком. В 1657 году, воспользовавшись тем, что император заболел и ослаб, его сын Аурангзеб, еще более фанатичный мусульманин, приказал заточить отца в темницу и пошел войной на индуистские провинции.

^ Шах Джахан попросил сына только об одной милости - чтобы из окна темницы было видно,

как строится мавзолей его возлюбленной. Эта просьба была исполнена. Шах Джахан умер в заточении в 1666 году.

^ Эдмонд Уэллс,

Энциклопедия относительного и абсолютного знания, том VI
13. БОГОУБИЙЦА
Даже не подобрав полотенце, я бросаюсь как есть, нагишом, в женскую часть хаммама.

^ Только не это! Все, что угодно, только не это!

Я бегу по белым мраморным коридорам и врываюсь в помещение, посреди которого столпились люди. Я расталкиваю всех и вижу тело, лежащее на полу в луже крови.

Мата Хари.

Я прижимаю ее к груди.

- НЕ-Е-Е-Е-Е-ЕТ!

Трясу ее безжизненное тело, вскакиваю и кричу:

- Только не она! Заберите меня вместо нее! Возьмите мою жизнь!

Я вскидываю руку, сжимаю кулак:

- Эй, Бог! Великий Бог, Создатель Вселенной, или Тот, кто убивает богов, ты слышишь меня? Ты не имел на это права! Я даю тебе последний шанс. Если можешь, поверни время и возьми меня вместо нее. Иначе я буду судить тебя. Если ты допускаешь такое, значит, ты не бог любви, ты бог смерти. Тебе нравится видеть наше горе! Ты даешь нам что-то ради удовольствия потом отобрать! Ты не имел права делать это. Ты не имел права... Поверни время вспять и давай все изменим. Великий Бог, я бросаю тебе вызов: поверни время.

Меня прерывает слабый голос.

- Замолчи!

Это Мата Хари. Она еще в сознании. Кровь стекает у нее изо рта.

- Слишком поздно. Назад вернуться невозможно. Если ты любишь меня... замолчи. Иди и выиграй. Выиграй ради меня.

- Мата...

- Выиграй, прошу тебя... Я люблю тебя, Мишель. Выиграй, ради меня!

Она закрывает глаза.

У меня за спиной перешептываются хариты:

- Это был человек в тоге, на нем была маска из греческой трагедии.

Я вскакиваю на ноги.

- Он разбил окно и ворвался сюда. Он стрелял в упор, я видела.

- Он убежал туда.

- Куда?

Я схватил анкх Маты Хари и не тратя время на то, чтобы одеться, помчался по темным коридорам.

Впереди огромная дубовая дверь, ведущая наружу, за пределы здания. Она открыта. За ней свет. Я выбежал на большой проспект. Олимпии. Никого. Поднялся ветер, но я не чувствовал холода. Моя кровь кипела от адреналина и ярости.

Вдруг я заметил вдали фигуру. Кто-то убегал на запад.

^ Вот он, попался.

Человек бежал к воротам Олимпии. Я прицелился и выстрелил. Промахнулся. Тогда я закричал. Я и сам не знаю, что кричал тогда. Просто дал выход своему гневу.

Человек обернулся, увидел меня и свернул к синему лесу.

^ Он спрячется в чаще.

Я снова выстрелил и снова промахнулся. Кинулся вслед за ним, но он скрылся из виду.

Запыхавшись, я остановился. Обернулся, и увидел маленькую муху с женским телом. У нее были рыжие волосы и зеленые глаза. Сморкмуха!

Она открыла рот и высунула длинный язычок, указывая, куда скрылся беглец. Я снова бросился вперед, через лес.

Сердце отчаянно колотилось в груди. Впервые в жизни меня обуяло желание кого-то убить.

Сморкмуха кружила вокруг, указывая путь. Наконец я выбежал на поляну. Богоубийца был там, но не один. Кто-то стоял перед ним, в такой же маске и тоге, изорванной в лохмотья.

Я поднял анкх и, не зная в кого стрелять, переводил оружие с одного на другого.

- Это я, не стреляй, Мишель! - раздался голос, приглушенный маской.

- Кто это - я? - спросил я.

- Эдмонд.

- Эдмонд Уэллс умер, - ответил я.

- Нет, я все объясню.

- Нет, это я объясню, Мишель, - сказал другой человек в маске. Его голос звучал точно так же. - Я настоящий Эдмонд Уэллс.

- В таком случае у меня есть вопрос, и ответить на него может только настоящий Эдмонд. Какой у нас был девиз?

Оба не ответили. Один кашлянул. Другой тоже.

- Я с тобой. Его надо убрать, - сказал тот, что слева.

- Нет, это я, Эдмонд, - ответил второй.

- Снимите маски, - приказал я. - И я увижу, кто из вас кто. Дорогой Эдмонд, сними маску, тебе нечего бояться.

- Если я пошевельнусь, он выстрелит, - сказал один.

- Нет, это он выстрелит, - сказал другой.

Их голоса почти не отличались, только один был чуть более хриплым.

- Пристрели его, - посоветовал тот, что справа.

Я выстрелил в того, кто это сказал.

Он упал на спину. Другой сорвал с себя маску. Это был Эдмонд Уэллс. Его вытянутое лицо и уши, как у Кафки. Глаза его блестели, он кашлял.

- Почему ты не назвал наш девиз?

- Какой? У нас их было много: "Любовь как меч, юмор как щит", "Вперед, навстречу неизвестному", "Вместе против идиотов"...

Меня переполняли смешанные чувства - боль от потери Маты Хари, удовлетворение свершившейся местью, радость встречи со старым другом.

- Я не узнал твой голос, - сказал я.

- Я простудился, когда ночевал в лесу. У меня что-то вроде фарингита, скоро пройдет.

- Но ты ведь умер... Мой учитель улыбнулся.

- Нет. Я сумел сбежать от Атланта и остался в лесу, чтобы наблюдать за ним и помешать ему.

Переиначивая слова одной из глав "Энциклопедии относительного и абсолютного знания", я сказал:

- Понять систему можно, только выйдя за ее пределы.

Эдмонд Уэллс вздохнул.

- Мне очень жаль Мату Хари. Я подозревал, что богоубийца предпримет что-нибудь на Финальной игре, но опоздал.

Я нагнулся и снял маску с лежавшего на земле человека. Сейчас я узнаю, кто же он такой. Увидев его лицо, я в изумлении отшатнулся.

^ Я ожидал чего угодно, только не этого.

К нам приближалась толпа, вслед за мной пустившаяся вдогонку за убийцей. Эдмонд Уэллс быстро сказал мне:

- Я лучше пока спрячусь. Мы скоро увидимся. Ты обязательно должен выиграть, Мишель! Ты даже не понимаешь, насколько это важно. Выиграй!

И он исчез. Поляну заполнила толпа, во главе которой богиня охоты Артемида верхом на кентавре целилась в меня из лука.

Она нагнулась над телом убитого. На ее лице удивление сменилось отвращением.

- Ах, вот кто это был!

3207570507692504.html
3207614169766818.html
3207687981414488.html
3207745917463320.html
3207852820836332.html